НАШИ ПУТЕШЕСТВИЯ

Девятый день (2 августа).
Ярко-синяя гладь залива посреди седых утренних гор светилась белыми и голубыми полосками. Лёгкие тени от быстро и низко бегущих белоснежных прозрачных облачков и пролетающих самолётов живо переползали по дороге, делая асфальт забавно пятнистым. За окном сияло приветливое исландское солнце, превращая пасмурные вулканические ландшафты в изумрудный холмистый ковёр. Лавовые поля под его лучами уже не казались монотонным тёмным перепаханным полем – мох играл бархатными оттенками осени.

А мы беззаботно и радостно катились по «Золотому кольцу Исландии». Привычные +11 по Цельсию. Нормальная температура! Лето как лето, а когда ещё и солнышко - смело гуляем в футболках, улавливая ветреный золотистый атлантический загар.
Очень скоро пред нашими взорами предстали легендарные Поля Тинга (Тингвеллир, Þingvellir), раскинувшиеся в долине под низким от нагромождённых до самого горизонта огромных белых кучевых облаков небом. Это место для исландцев по-настоящему священно. На то есть хорошая причина: в далёком 930 году здесь впервые собрался древнейший демократический парламент - Альтинг. И так и собирался потом каждое лето ещё добрую тысячу лет.
Народ съезжался на две недели со всего острова в это энергетически сильное место не только поработать, но и на людей посмотреть и себя показать, пообщаться. На Полях Тинга решались очень разные вопросы: политические и судебные, торговые и общественные, и даже личные – люди знакомились во время таких съездов и договаривались о браках. Здесь была сосредоточена культурная жизнь страны. И даже епископов здесь выбирали.
Не могу удержаться, чтобы не зацитировать впечатления о Тингвеллире, изложенные М.И. Стеблиным-Каменским в его «Культуре Исландии», уж очень я с ними солидарна, и просто не хочется заново изобретать велосипед: «Тысячу лет тому назад Поля Тинга выглядели так же, как сейчас. Широкое лавовое поле, расположенное в глубокой котловине. Вокруг котловины — обрывистые уступы. Кое-где в котловине — трещины, в которых течет прозрачная ледяная вода. Рядом — большое озеро, на нем вдали — два скалистых островка. Черные скалы, мох, кустарник, и поблизости — водопад, конечно. Когда стоишь на Скале Закона — в древности она служила трибуной, — то видишь всюду по горизонту горы, а внизу — реку Эхсарау, которая при впадении в озеро разбивается на множество рукавов. За рекой — церквушка. Когда-то на ней висел «колокол Исландии», по которому Лакснесс назвал свой известный роман. Позади Скалы Закона — базальтовый обрыв, верхний край которого образует на фоне неба причудливые силуэты — так называемые ладьи викингов. Горы по горизонту — голубые, синие, серые, лиловые, в зависимости от погоды и освещения. А погода и освещение все время меняются в Исландии: часть неба — светлая, часть — темная, разрывы в тучах, полосы дождя, радуга, ярко-белые облака, блики солнца. Гора — то черная, то, когда ее осветило солнце, — оранжево-бурая. Поверхность реки — то темная, но вот ее осветило солнце, и она — светло-светло-серая или ярко-синяя с зеленоватым отливом. Как всюду в Исландии, воздух необыкновенно прозрачный и, как всюду в Исландии, кажется, что видно не только далеко в пространство, но и далеко в прошлые века».
Действительно, в этом месте бурлила жизнь. Тому способствовала непостижимая энергия самой Земли. Ведь здесь встречались не только люди, но и… литосферные плиты. Северо-Американская и Евразийская. Вот только плиты не встречались – те расходились много лет, рождая тектонический разлом, в нём - ту долину, что, опускаясь постоянно, зовётся Тингвеллир, где озеро прекрасное большое разлилось с парламентом на берегу, церквушкой, речкой, водопадом и вулканическими островами. Да что там говорить – саму Исландию Земля произвела на свет, раздвинув уникально эти плиты на дне глубоком океана!
Рождение Исландии… Она и впрямь рождалась уникально. И красиво. И не стоит на месте – постоянно рвётся надвое, и в том её непостоянство, странность, противоречивость, неизменность и для всего другого мира новизна...
Как так получилось? Обычно то, что удаляется взаимно, не производит ничего взамен. И плиты литосферные, что, раздвигаясь, скрывают возникающий разлом под толщей океанских вод на самом дне, не исключение – обычно этого не видно, лишь океан тому свидетель, что дно его теперь уже не то.
Всё это было. Но не только это. Так совпало, что на границе плит вдруг оказался плюм мантийный, да к тому же мощный! А проще выражаясь – горячая точка с обильным потоком извергающейся базальтовой магмы. В судьбе Земли такое было только раз, чтоб в океане на горбе подводной горной цепи (Срединно-Атлантического хребта) вдруг чудом вырос остров, показался над водой, на свежем воздухе прижился и стал расти и крепнуть, обживаться населением, хоть раздираем, как и прежде, пополам…
Мы постояли, глядя в сторону разлома, наверное, не осознав величия момента. Спустились вниз, прошлись туда-сюда, взирая на базальтовые сколы, как будто нависающие сверху. Мы заглянули в трещины Земли – не до ядра земного нам они раскрыли тайны. Мы разглядели лаву, что давно текла здесь, морщась, и теперь торчала, словно каменные руны из земли. И здесь же мило вереск цвёл, и травы зеленели, карликовые берёзки. Спокойствие и мир. Не верится, что здесь вулканы бушевали миллионы лет назад, и трескалась, как шоколад, Земля…

Объехав долину с другой стороны, мы снова вышли из автобуса – ещё прошлись, попроникались этим местом. Да, здорово, великолепно, но впрямь, по-настоящему осознаёшь всё это лишь потом, когда домой приедешь и будешь вспоминать то путешествие с восторгом…













А где опять запропастился «писающий мальчик» нашей группы, кстати? Разлом пометить – это важно, да.

Мы едем дальше.
Чем ближе к цели, тем чаще взгляд волнуют клочья красного ландшафта, красные холмы и красная трава, воюющая за пространство с привычной зеленью земной и желтизной лугов… Вулкан Керид (Kerið) сейчас мы разглядим поближе.
Он «умер» слишком рано, молодым, поскольку слишком эксплозивно извергался, вот так и рухнул весь и больше не воспрянул… Теперь считается потухшим уже три тысячи как лет. А это значит, что мы без опаски заберёмся в самый его кратер.
Ну, вот приехали и добрели. Гуляем, словно муравьи, по вулканическому конусному краю, взирая вниз, вглубь кратера, и с изумлением восхищаясь, попутно ковыряя красную и фиолетовую лаву. И даже бирюзовую местами там видали! Теперь бы нам ещё спуститься в жерло, как тем героям Жюля Верна, исследовавшим вопреки природным всем законам непостижимые глубины Снейфедльс…
Но углубиться оказалось не судьбой. Погас вулкан, остыл весь жар земной – покрылось жерло непрозрачною таинственной водой. Холодной, бирюзовой, нереальной… И потрясающе красивой! Озёра живописные в потухших кратерах – картина не из редких, но где уж нам увидеть это чудо в средней полосе? Диковинка и неземная красота. Я лишь в Италии подобное видала – озеро Альбано, но то огромное, глубокое, как необъятный его кратер (видимо, кальдера), и вот не бирюзовое нисколько, а тёмно-серое. Наверное, в нём могут плавать даже корабли…
Чарующим овалом на нас смотрело снизу маленькое озерко Керида. Туда скатиться по покатым склонам кратера не представляло никакого затрудненья, но наш народ отчаянно ловил моменты, со всем усердием фотографируясь на фоне. В волшебных водах озерка таинственно и ярко всё это время проплывали облака, меняя его облик, как в калейдоскопе.
А что бы и не окунуться? На улице тепло, сияет солнце, 16 градусов – практически жара. А то, что нам не обещали твёрдо, что в озерке сегодня – всё ещё вода, упавшая с небес дождем чистейшим. Как знать, ведь озерко такое может стать кислотным, если вдруг вулкан, считавшийся давно потухшим, решит ожить и испускать приступит вулканические газы сквозь воды бирюзовой красоты…
Да ну его, купание. Набравши марсианской лавы, мы покидаем кратер – уж к автобусу пора.

Исландия, бесспорно, живописна, и нет на острове, пожалуй, места, которое бы не притягивало взгляд, особенно туриста – всегда встречаешь либо что-то удивительное, либо по местным меркам обыкновенное, но только по местным меркам. А иногда вдруг начинаешь сознавать, как здорово недооцениваешь то, что имеешь на родине. Пустынные бестравные долины вулканического острова, базальтовые горы… И вдруг, словно кордон, по обе стороны дороги торжественно и трогательно выстроились в ряд молоденькие деревца с нежно-зелёною листвой! Их так немного, но для бездревесной Исландии и это настоящее чудо. Живя в местах, где лес – обычное явление, не думаешь, что может так случиться, что и маленькая зелёная рощица вдруг вызовет трогательный восторг. Справа неподалёку виднелся Гекла с безобидной заснеженной верхушкой, навевая иные думы…
На горизонте показались какие-то дымы… Вскоре перед нами развернулась долина Хаукадалур. Покрытая, насколько это было возможно, травой земля здесь повсюду парила от изобилия горячих источников, брызжущих иногда на радость туристам крутым минеральным кипятком, подогреваемым протекающей неглубоко магмой. Гейзеры… Вот они какие, большие, средние и совсем крохотные, как фонтанчик для питья! Но абсолютно все - серьёзные и настоящие водяные фонтаны, выбрасываемые в атмосферу из-под земли паром под высоким давлением, образуемым в результате разогрева подземных вод.
Вдруг кристально чистый воздух долины вздрогнул от шумного всплеска воды, а затем – зазвенел от восторженных воплей сотни теряющих среди густого пара резкость очертаний туристов. Нет, это не знаменитый Большой Гейзер, способный выбрасывать струю высотой до восьмидесяти метров (он дремал, когда мы заезжали). Это Строккур - не самый большой, но зато самый активный и регулярно извергающийся метров на двадцать пять симпатичный гейзер, очевидно, изо всех сил старающийся дотянуться до неба.
За этим гейзером глаз да глаз: стоит только чуть замешкаться или отвернуться, устав напряжённо вглядываться сквозь видоискатель фотоаппарата в чарующую прозрачную бирюзу горячей сердцевины его бездонного колодца, как тут же таинственная гладь вдруг выгибается, превращаясь в волшебный голубой шар, внутри которого клубятся рвущиеся наружу белые пузыри, и неукротимый кипящий фонтан взмывает в небо, разбрасывая во все стороны сияющие на солнце искры брызг и выпуская густое облако пара, скрывающее на минуту в своем волшебном тумане счастливых туристов, оказавшихся во время извержения ближе всех к кратеру (правда, никак не ближе, чем того требует элементарная безопасность – вода-то кипящая, причем, температура ее кипения в недрах земли куда как выше привычных ста градусов). Вскоре облако рассеивается, и посреди долины снова вырисовывается колодец-кратер, заполненный до краёв удивительной живой голубой водой со вспыльчивым характером. Кто прозевал или не налюбовался, терпеливо ожидает следующего извержения.
Отчего же в долине так буйствуют подземные воды? Гейзеры являются несомненным свидетельством того, что магма здесь находится близко к поверхности. Это вулканическая зона. Активных вулканов поблизости не видно, но они и не нужны, потому что здесь есть кое-что покрепче - Срединно-Атлантических хребет (Mid Atlantic ridge). Место его прохождения является мощной вулканической зоной с множеством высокотемпературных площадок. А тянется он через весь исландский остров…
Поглядев немного на гейзеры, я побрела на возвышавшуюся неподалёку потрёпанную эрозией гору - с горы, как известно, виднее.
Гора-то, в общем, эта с виду – как всякая исландская гора, но подступы к ней горели самой настоящей марсианской краснотой. Лишь кое-где, нарушая таинственный образ, сквозь дебри нереального ландшафта пробивались редкие пучки зелени и пара забавных приземистых одуванчиков, напоминавших, что мы всё ещё на планете Земля.
Гора оказалась зачем-то обнесённой проволочным забором, через который была заботливо перекинута устойчивая деревянная лестница. Перелезаю и поднимаюсь выше уже по обычным серо-коричневатым камням. Скудные кустарнички, трава и мох, которого становилось всё больше, чем выше я поднималась, – вот, наверное, за счёт чего эта гора до сих пор не развеялась по ветру окончательно и бесповоротно.
Времени было полно, поэтому ничто не мешало вдоволь побродить по склонам или затаиться где-нибудь на вершине и тихо созерцать окружающие красоты. Небо приближалось с каждым шагом, ведущим наверх, а облака всё ниже висели над головой.
По одну сторону от горы серой ровной лентой убегала вдаль дорога, по которой мы сюда приехали, исчезая среди зелёной долины, по другую - причудливо извивалась ломаной змеей ярко-синяя речушка, за которой красовались несколько симпатичных домиков, заросших в еловых палисадниках, если можно так выразиться. Да, ёлки и берёзки исландцы обожают, это настоящие цветы их жизни.
Время от времени внизу старательно и феерично бил Строккур под восторженные крики толпившихся вокруг его жерла туристов, казавшихся сверху совершенными муравьями. Там повсюду клокотал и парил подземный минерализованный кипяток. А здесь цвёл вереск и сочно зеленела водяника посреди серебристого мха, навевая светлую ностальгию по Шотландии и Норвегии. Я сидела на склоне горы на мягком тёплом мхе и с аппетитом уплетала растущую здесь сплошным ковром чернику. Иссиня седую, крупную, вкуснейшую! Сначала я обрадовалась и ела все ягоды подряд, а когда поняла, что эту поляну мне всё равно не одолеть, стала выбирать лишь самые красивые ягоды, любуясь ими и фотографируя на память перед тем, как съесть. Так я неспешно вдыхала чистейший живительный воздух Исландии и умиротворённо наблюдала то за вулканической деятельностью, бурлившей и эффектно плевавшейся чистейшим бирюзовым кипятком в долине у подножия, то за местными самолётами, иногда пролетавшими прямо над головой посреди ясного голубого неба.
А ведь раньше гейзеры били чаще и сильнее - видимо, всё постепенно остывает. Но кто знает, когда Земля решит очнуться и произвести своё очередное грандиозное перестроение…